Реформы в России: десять лет спустя¹

     Прошло почти десять лет с момента начала либеральных реформ в нашей стране. Мировой опыт определяет этот срок вполне достаточным для того, чтобы получить первые экономические и социальные результаты принятых политических решений, проверить корректность стратегического замысла.
     Адекватно ли была определена стратегия рыночных трансформаций в нашей стране? Каковы масштабы и особенности продолжающегося общенационального кризиса? На каких путях социального взаимодействия возможен поиск выхода из него? Каковы необходимые и сохранившиеся социополитические ценности, институты и инструментальные ресурсы развития? Эти и подобные вопросы требуют безотлагательных ответов и имеют важное значение для управления страной.

     Создавая новую российскую политическую мифологию, радикал-реформаторы на протяжении десяти лет не перестают говорить об успехах либеральных реформ. Напротив, научное сообщество, по-прежнему считает, что общество и государство испытывают системный кризис. За прошедшие десять лет противостояние власти и общества по этому и многим другим вопросам приняло хронический характер. «Верхи» и «низы» по-разному оценивают свое экономическое, социальное и политическое положение.
     Особенностью прошедшего 2000 г. стало фундаментальное, с точки зрения воздействия на всю систему социополитических отношений, событие – смена главы государства, Президента РФ. В России – стране со сложными демократическими традициями отношений между обществом и государством – смена главного политического лица государства имела для населения особый смысл, связанный с ожиданиями и надеждами на лучшую жизнь.
     Не стала исключением и нынешняя «перемена власти». Большая часть общества и политической элиты потеряли доверие к бывшему Президенту России Б.Н. Ельцину. На протяжении последних лет в массовом сознании шло ускоренное формирование представлений о российской власти как о «большой семье» высших чиновников, спаянных криминальными и корпоративными интересами. На этот имидж работала и упавшая до критических пределов личная популярность Б.Н. Ельцина в широких слоях общества и элиты. Сформировавшийся негативный образ российской власти накладывался на социальную неэффективность проводимых реформ. В результате к концу 1999 г. в стране разразился острейший социополитический кризис – почти катастрофическое отсутствие доверия общества к власти. По сути «аварийная» смена Президента РФ, которую вынужден был провести Б.Н. Ельцин, оздоровила общественный климат в стране. Приход В.В. Путина в Кремль вызвал положительную динамику многих социополитических индикаторов, и, в первую очередь, сказался на отношении населения к курсу проводимых экономических реформ (см. табл. 1).

Таблица 1

     Майский и декабрьский 2000 г. опросы общественного мнения наглядно показали рост в 2 раза доверия к курсу реформ. Конечно, рост этого доверия носил вполне определенный характер. В основном он был связан не с рациональными знаниями, а с общественными психологическими настроениями и ожиданиями лучшей жизни.
     В целях выяснения общего «стратегического» отношения респондентов ко всему десятилетнему периоду реформ в декабрьский опрос 2000 г. был поставлен специальный индикатор. И он зафиксировал по сути дела провал реформ с точки зрения большей части населения (см. табл. 2).

Таблица 2

    Источник: Аналитический центр ИСПИ РАН.
 

     Подавляющее большинство респондентов считает, что реформы в нашей стране не удались (40%) или скорее не удались (28%).
     Обращение к следующему индикатору, в основе которого лежит конкретный осознанный опыт – самооценка денежных доходов, показывает, что в общественном сознании образовалось внутреннее противоречие между позитивными ожиданиями и негативной стабильной реальностью (см. табл. 3).

Таблица 3

     Представленные данные фиксируют отсутствие какой-либо позитивной динамики в самооценке денежных доходов. Такая ситуация была характерна для всего прошедшего года. Данный индикатор свидетельствует, что общество не ощутило каких-либо существенных улучшений материальной стороны своей жизни.
     Появление позитивных настроений, оздоровление сферы общественной психики связано, в первую очередь, с решительными действиями и волей противостояния терроризму, развалу российской государственности. Однако подобный рост оптимистических настроений носит кратковременный характер и проявляется локально не по всей социальной структуре(см. табл. 4).

Таблица 4

	Август-97 N=1600				Декабрь-98 N=1621				Ноябрь-99 N=1607				Май-00 N=1502				Декабрь-00 N=1312
Социальные группы
Возраст
Менее 29 лет	23	33	21	23	14	57	11	19	10	53	13	24	35	34	16	15	21	41	20	19
30-39 лет	19	43	14	24	10	66	9	15	16	52	10	22	21	42	16	22	23	36	21	20
40-49 лет	16	51	11	22	9	68	6	17	13	60	8	19	25	45	10	20	32	39	13	16
50-59 лет	11	59	13	17	5	74	6	16	6	69	7	18	19	46	15	21	21	46	16	16
60 лет и старше	12	58	11	19	9	73	3	15	5	68	7	20	16	52	14	20	17	50	16	17
Пол
Мужской	16	53	15	16	12	63	9	16	13	62	9	15	27	43	14	17	26	42	15	17
Женский	17	44	13	25	7	71	6	17	8	58	9	25	20	44	14	22	21	42	19	18
Образование
Неполное среднее	8	56	12	24	4	70	10	16	8	57	11	24	16	46	21	17	15	43	20	22
Средняя школа, ПТУ	12	50	16	22	6	66	10	18	9	58	10	23	19	39	19	23	17	45	17	20
Среднее специальное	15	50	14	21	14	66	6	15	10	62	9	19	24	46	11	19	25	41	20	14
Незаконченное высшее	26	32	19	23	10	64	4	22	16	59	7	17	30	46	8	17	15	46	15	24
Высшее	33	39	11	17	14	69	4	14	9	62	9	20	31	45	7	18	40	34	12	13
Род занятий
Рабочие	10	56	14	20	4	67	13	16	9	62	9	20	18	46	17	19	18	42	19	21
Крестьяне	9	53	10	28	9	60	8	23	7	63	8	22	14	44	22	21	19	41	23	16
ИТР	11	49	16	24	25	59	2	14	29	50	6	15	39	32	13	16	22	41	28	9
Служащие	18	48	11	24	10	63	8	19	11	57	9	23	26	45	11	18	28	37	14	22
Интеллигенты, не занятые на производстве	33	35	13	20	7	63	9	20	20	68	7	14	22	49	7	21	39	31	11	19
Руководители государственной организации, предприятия	40	33	20	7	-	89	11	-	-				35	35	6	24	64	27	9	0
Предприниматели	57	13	16	13	32	53	4	11	23	43	10	25	56	22	10	12	44	21	19	15
Студенты	27	24	24	25	10	65	8	18	12	58	12	18	36	33	6	25	18	51	18	13
Пенсионеры	11	61	9	19	7	75	3	15	5	67	8	20	17	50	11	22	19	47	16	17
Домохозяйки	13	30	22	35	10	66	5	20	5	60	13	23	18	36	18	29	10	29	48	14
Безработные	10	53	23	15	8	88	-	5	7	59	13	21	15	49	21	15	18	59	6	18
Другое	8	42	33	17	10	71	5	15					57	14		29	25	75	0	0
Самооценка денежных доходов
«Богатые»	55	16	26	3	28	49	9	14	59	24	10	7	39	36	7	18	55	20	15	10
«Обеспеченные»	52	27	13	8	20	55	7	18	26	55	8	11	42	34	14	10	42	31	17	9
«Ограниченные в средствах»	18	46	15	20	16	58	8	17	14	56	10	20	30	39	12	19	31	38	15	16
«Бедные»	11	54	13	22	5	72	8	15	7	64	8	22	14	47	16	23	13	46	20	21
«Нищие»	11	49	12	28	4	73	5	18	5	63	11	22	14	52	15	19	12	49	19	21
Место жительства
Город	18	48	15	20	10	69	6	16	10	69	6	16	24	43	13	20	24	43	16	17
Село	13	49	12	26	8	62	12	19	8	62	12	19	21	44	16	19	22	36	21	21

    Примечание: группировка респондентов по самооценке денежных доходов произведена следующим образом: «богатые» – денег вполне достаточно, чтобы ни в чём себе не отказывать; «обеспеченные» – покупка большинства товаров длительного пользования (холодильник, телевизор) не вызывает трудностей, однако покупка автомашины сейчас недоступна; «ограниченные в средствах» – денег достаточно для преобретения необходимых продуктов и одежды, однако более крупные покупки приходится откладывать на потом; «бедные» – денег хватает только на приобретение продуктов питания; «нищие» – денег не хватает даже на приобретение продуктов питания.
 
     Из представленных в табл. 4 данных видно, что количество оптимистов в мае 2000 г. выросло в основном за счет тех социальных групп, которые в прошлом уже испытывали улучшение своего материального положения в результате проводимых реформ (молодежь, предприниматели, студенты, «богатые» и «обеспеченные»), но не составляют большинства экономически активного населения в обществе. Напротив, «зрелая» сердцевина общества достаточно осторожно смотрела на перспективы преобразований и находилась к ним в пассивной оппозиции. К концу года структура группы оптимистов изменилась: уменьшилось количество молодежи, но зато возросло число респондентов средних возрастов, заметно, возросло число «богатых» оптимистов, которые в середине года были явно напуганы (это показывает динамика года) приходом В.В. Путина на пост Президента РФ.
     Оценивая стратегические социополитические возможности нынешнего Президента, необходимо отметить, что он получил плохое наследство, и его будущее зависит от того, насколько быстро и успешно он будет действовать в ближайшие год-два. Откат общественных настроений от В.В. Путина к концу 2000 г. уже наметился (см. табл. 5).

Таблица 5

    Источник: Аналитический центр ИСПИ РАН.

     Социополитический ресурс нынешней политической власти в лице В.В. Путина и его сторонников носит кратковременный, авансовый характер. Её ближайшее будущее напрямую зависит от улучшения материального положения населения. В стратегическом плане стабилизация и устойчивое развитие социально-политических отношений в стране будут зависеть от того, удастся ли В.В. Путину и его команде уйти от неудачных решений и догм прошлого периода, быстро найти «российские» ключи к механизмам повышения трудовой активности и мотивации населения, ликвидировать безработицу, запустить еле работающую хозяйственную машину страны, добиться общего устойчивого экономического подъема и обеспечить заделы к улучшению ситуации в будущем.
     Положение будет усугубляться тем, что в российском обществе ускоренными темпами формируется социально-классовое сознание как совокупность политических идеологий, возникших в обществе в 90-е гг. кланов и социальных групп, фрагментирующихся в обществе по их отношению к собственности, средствам производства, месту в разделении труда, способам и размерам получения доходов. Этот процесс наглядно прослеживается на примере отношения населения к результатам приватизации государственной собственности (см. табл. 6).

Таблица 6

     По мере того, как обществу становиться доступной новая информация о процессах и результатах приватизации, убеждённость о несправедливом, нечестном характере ее проведения усиливается. Как видно из ответов респондентов, общество на настоящий момент времени достаточно критически оценивает её социальную эффективность. А число сторонников частичной деприватизации возросло до уровня 59% (см. табл. 7).

Таблица 7

    Источник: Аналитический центр ИСПИ РАН.

     Изучение социальной структуры групп сторонников и противников приватизации показывает, что по этому вопросу в обществе установилась определенная дифференциация (см. табл. 8).

Таблица 8

     За полную национализацию категоричнее высказываются респонденты старшего возраста, неполного среднего образования, рабочих специальностей, невысоких денежных доходов, проживающие в селе. Результаты приватизации и, как следствие, социальная политика государства, вне всякого сомнения, стали ядром кристаллизации классового сознания общества. Именно по этому вопросу произошёл социальный разлом общества, который фактически привел к возникновению «двух Россий».² Этот разлом носит не только социальный, но и политический характер. Действительно, в число 5% богачей и сверхбогачей входит немало политиков. И общество за эти десять лет научилось давать им классовую оценку. Классовый разлом общества на две очень неравные части (богатое и сверх богатое меньшество (до 5-7%) и нищее, бедное большинство) объективно вывел Россию в зону повышенных рисков, в зону предкризисного состояния, возможных классовых конфликтов.

     Характер сложившихся социополитических отношений в российском обществе позволяет предположить развитие ситуации в стране по трем стратегическим сценариям.
     Сценарий первый. Антиолигархическая революция. Политическое руководство страны так и не сможет признать антиобщественные результаты проведения рыночных преобразований, возникновение и усиление в обществе антагонистических противоречий между финансово-промышленной и торговой олигархией и абсолютным большинством населения страны. Несмотря на очевидную для общественного сознания абсурдность подобного рода политического мышления элиты, развитие событий по этому сценарию вполне возможно. Именно такой догматический образ мышления демонстрируют радикальные реформаторы на протяжении последнего десятилетия. Несмотря на то, что социальный провал российских реформ очевиден и признан их самыми последовательными отечественными и зарубежными сторонниками, остающиеся во власти архитекторы и менеджеры радикальных социальных экспериментов продолжают упорствовать в своем стремлении доказать обратное и тем самым сохранить свой высокий социальный статус. Занимая довольно влиятельные посты в государстве и обладая солидным весом в сфере бизнеса, они всячески блокируют распространение информации об антигуманном характере реформ в стране. По мере развития ситуации по этому сценарию и ухудшения положения в обществе интенсивность запрещающих действий властей будет увеличиваться. В конце концов олигархическое государство в своих попытках защитить «демократические» завоевания окончательно примет авторитарный характер. Зависимый компрадорский характер сырьевой экономики не позволит обеспечить улучшение условий жизни населения. Россия станет развиваться по нигерийской модели: политический класс и прослойка предпринимателей, связанных с экспортом сырья, вооружений и энергоносителей, их обслуга будут купаться в деньгах и роскоши, остальное население будет испытывать материальную нужду, духовное и нравственное унижение. Этот процесс вряд ли будет продолжаться долго. Данные различных социологических центров и служб убедительно свидетельствуют, что возникновение тотального социального антагонизма резко ускорило формирование классового сознания. В своей социальной направленности и нетерпимости дискриминируемая часть общественного сознания имеет массовый характер. Порождаемые контркультурные действия начнут разваливать олигархическое государство с ничтожной социальной базой. Общество выступит против авторитаризма и попытается создать адекватную своим потребностям государственную машину. Форма изменений необязательно будет носить революционный характер. Развитие ситуации может пойти по пути мирной социополитической трансформации. Процессы, скорее всего, начнутся и ускорятся на периферии, так как там классовый антагонизм дополняется нарастающими социально-политическими противостояниями Центр-регионы, Москва-периферия.
     Сценарий второй. Либеральная деградация. Либерально ориентированная часть политического класса, тесно связанная со все той же глобальной антироссийской олигархией, постарается убедить политическое руководство страны в лице В.В. Путина пойти по пути создания «сильного государства», посредством минимизации и дерегулирования социальных функций, строительства так называемого «субсидиарного государства». На деле это будет означать, что, узурпировав материальные ресурсы и организовав их постоянную откачку из страны в целях максимализации своих прибылей, олигархия постарается поддерживать как можно дольше процесс тотальной маргинализации российского общества, поддерживая его всеми возможными средствами на грани выживания. По сути дела, олигархия постарается закрепить свое имущественное и властное господство с помощью реверсирования объективных процессов социализации и демократизации. В этом случае государство сознательно дистанцируется от общественных нужд и интересов. Народ фактически перестает быть источником власти. Общество и государство вступают в отношения субсидиарности - дополнительности. Государство обеспечивает социальные права лишь в той мере, в какой общество не может их само обеспечить. Практически это должно привести к отмене статьи 7 действующей Конституции, в соответствии с которой «РФ - социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека».
     Неустойчивая в своей социальной базе субсидиарная стратегия приведет к кардинальному классовому перерождению и, в конечном итоге, к деградации государства. Не имеющее обязательств от общества, не испытывающее эффективного социального контроля, оно начнет распадаться под воздействием сил коррупции. В этом движении общество, конечно, не поддержит государство, оно будет продолжать отчуждаться от него, а государство все дальше будет дистанцироваться от общества. Либеральная мифология властей окончательно потеряет эффективность и продолжит ускоренно и расширенно воспроизводить классовую идеологию нищего и бедного общества против социально чуждой ей правящей олигархии. Рано или поздно наступит полный паралич социально-политических отношений, который станет причиной сначала «холодной», а затем и открытой классовой войны, в которой у государства нет никаких шансов победить. Против него будет воевать общество - народ в полноте своих убеждений о справедливости борьбы всеми доступными методами и средствами.
     Сценарий третий. Социальная трансформация. Власть в лице высшего политического руководства страны сумеет определить стратегические национальные интересы и приоритеты социального развития в объективных процессах бурно протекающей глобализации. В этих целях оно будет стратегически рассматривать глобализацию, в первую очередь, как процесс контролируемой государством социальной трансформации, в ходе которой должна быть создана социальная структура устойчиво развивающегося российского общества. Российское общество и государство объективно интегрируются во всемирную социальную систему взаимозависимых отношений. Новый, пятый по счету, технологический уклад, вызревший в недрах индустриального общества и принявший форму революции в области микроэлектроники, интенсификации процессов хранения, переработки и передачи информации, подготовил новые возможности и новые вызовы как российской, так и мировой цивилизациям. Эти вызовы должны быть осознаны, в первую очередь, при определении стратегической перспективы и приоритетов развития. Стратегия устойчивой социальной трансформации предусматривает равномерное распределение между поколениями и территориями в пространстве и времени доставшихся человечеству на Земле материальных ресурсов и созданного на этой основе глобального интеллектуального потенциала.
     Новые и старые вызовы технического прогресса наложились друг на друга, приняли глобальные масштабы и сделали жизнь на нашей планете неустойчивой. Вся мировая цивилизация развивается в режиме глобального системного кризиса потребления и распределения. Первый признак этого мирового или глобального кризиса заключается в том, что мировая цивилизация безвозвратно уничтожает планетарные материальные ресурсы. Кризис принял угрожающий характер, что выражается в уничтожении отдельных частей или элементов литосферы и биосферы, уменьшении биоразнообразия, деградации биосферы, соскальзывании жизни к затуханию.
     Вторым признаком мирового системного кризиса развития является возникновение глобальной системы воспроизводства материальных и духовных неравенств. Глобальная мотивация максимализации потребления привела к возникновению глобальных материальных и духовных диспаритетов, а система социальной несправедливости – к возникновению глобальных социально-классовых отношений.
     Третий признак мирового системного кризиса проявляется в возникновении глобального общества. Взаимозависимость стран, континентов и народов приводит к становлению социума планеты. Рядом с лито-, атмо- и биосферой возникает ноосфера - планетарное сознание, глобальный разум, который призван сохранить жизнь на планете. Ноосферное сознание рождает стратегию глобальной социальной трансформации. Глобальное общество возникает, трансформируя традиционные национальные, локальные общества и мировой рынок (построенные на принципах максимализации прибыли) в новый планетарный рынок оптимальных потребностей. Системообразующим принципом ноосферных стратегий социальных трансформаций станут новые разумные потребности, позволяющие поддерживать системы жизнеобеспечения на нашей планете.

     Стратегия устойчивой социальной трансформации предусматривает изменение точки зрения на функции государства в сфере отношений собственности и рынка. В своем выступлении 8 июля 2000 г. В.В. Путин при представлении ежегодного Послания Президента Российской Федерации Федеральному Собранию РФ определил, что «суть государственного регулирования в экономике - не в увлечении административными ресурсами, не в экспансии государства в отдельные отрасли (это мы уже проходили, это было неэффективно) и не в поддержке избранных предприятий и участников рынка, а в защите частных инициатив и всех форм собственности».³ Либеральная идеология рынка сегодня входит в противоречие с логикой процессов глобализации и стратегией успеха на мировой арене.
     Во-первых, функция «защиты прав собственности»⁴ должна быть изменена на функцию управления правами собственности в целях достижения максимальной не экономической, а социальной и экологической эффективности. Отношения собственности объективно изменяются по мере возникновения новых форм, возможностей и потребностей жизнесуществования. Они не могут быть незыблемыми и в такой форме нуждаться в защите. Иначе они начнут стеснять и угнетать развивающиеся формы экономических отношений. Функция государства в изменяющемся мире общественных отношений заключается в том, чтобы осуществлять модернизацию отношений прав собственности.
     Во-вторых, функция «обеспечения равенства условий конкуренции» также нуждается в корректировке. Свободная или равная конкуренция сама по себе не может быть и давно не является абсолютным условием рыночных отношений. В мировой практике развитие рыночных отношений известно немало примеров, когда конкуренция тормозила развитие общества и приводила к дегуманизации жизни. Конкуренция - лишь средство, которое можно использовать во зло или благо человека. Им предстоит научиться пользоваться, не возводя его в рыночный фетиш.
     В-третьих, «освобождение предпринимателей от административного гнета» автоматически не создает социально ориентированной и эффективной экономики. Современная экономика основана на высоких технологиях, которые таят в себе огромную как созидательную, так и разрушительную силу. Технологические аварии или сворачивание социально образующих производств по причине недостаточной рентабельности ведут к огромным человеческим потерям. Государство с его административным контролем играет стратегически командную роль в концентрации всех видов ресурсов при прорыве на мировые рынки.
     В-четвертых, направление деятельности государства по «снижению налогового бремени» также не может не вызвать критики. Снижение налогов не есть панацея от паралича деловой активности. Правительство обязано совершить стратегический налоговый маневр для того, чтобы российское общество было многочисленным, здоровым и образованным.
     В-пятых, основываясь на мировой практике хозяйствования и десятилетнем опыте реформ в нашей стране, вряд ли можно ожидать, что в ближайшее время «фондовый рынок должен стать действенным механизмом мобилизации инвестиций, их направления в наиболее перспективные сектора экономики». При проведении крупномасштабных экономических реформ государство, в первую очередь, должно организовать поток прямых отечественных и зарубежных инвестиций.
     В-шестых, «реалистичная социальная политика» на практике обернулась тем, что государство практически предало жизнеопределяющие интересы общества, которое содержит армию чиновников, служащих, карательных органов и другие институты государства. Стратегия и практика неолиберальных реформ в России в интересах олигархии и высшей государственной бюрократии, неподконтрольных гражданскому обществу, никогда не позволят российскому государству быть богатым и сильным.
     Анализ стратегических функциональных приоритетов деятельности органов государственного управления показывает, что российское государство скорее идет по пути самоустранения из сферы экономики, а не защиты и реализации интересов общества. Неолиберальный утопизм политики дерегулирования в условиях возрастания глобальной конкуренции на мировых рынках и неконкурентоспособной по своим базовым параметрам экономики России приводит только к снижению социальной эффективности реформ. В конечном итоге усилия радикальных реформаторов результируются в вымирании страны. Воспроизводство утопической стратегии «неолиберальной разрухи» в государственных головах должно быть прекращено. В интересах национального выживания страны необходимо изменить социальную природу и направленность реформ, наполнить их не на словах, а на деле демократическим и социальным содержанием.

     Социополитическая стратегия российских радикальных либералов по своей природе не являлась первичной, а представляла собой довольно сложный конгломерат неоконсервативных идей, характерных для социальных и политических программ М. Тэтчер и Р. Рейгана, которые находились у власти в своих странах практически на протяжении всего периода 80-х гг. Неоконсервативный «ренессанс» с его ценностями и методами дерегулирования, монетаризма, приватизации, антиколлективизма и индивидуализма стал возможен как реакция на кризисные и застойные явления в странах с социалистическими, центристскими и левыми ценностями и ориентациями. Консервативная волна в странах Запада уже стала терять свою энергию, когда в начале 90-х произошла катастрофа СССР, и новое руководство стало искать подходящую модель развития. Как нередко уже бывало в отечественной истории, взгляд был обращен за границу. XX век для России стал «американским»: сначала в индустриализации, размахе технических и социальных проектов, а затем, на исходе не являлась в массовой культуре и политических инновациях. Последнее десятиление XX в. прошло в России в попытке на суровых евразийских просторах привить традиционные либеральные ценности англосаксонского мира в их поздней постмодернистской версии.
     Реализация этого очередного социополитического эксперимента предусматривала, по замыслу радикальных либералов, ломку российского общества через колено - шоковую терапию. Главным рычагом этих преобразований стала приватизация, которая, по признанию идеологов этого процесса, носила больше «организационно-политический, процедурный характер, чем профессионально-экономический».⁵ Социополитический эффект этих шагов заключался в том, что общество практически потеряло политический контроль над собственностью через государственные рычаги.
     За очень короткий промежуток времени огромная общенародная собственность СССР, которая, в общем-то, обеспечивала отнюдь не нищенское существование большинства населения, была по сути дела разграблена, а ее наиболее лакомые, приносящие крупные прибыли куски сосредоточены в руках новой либеральной номенклатуры. Общество стремительно нищало и деградировало на фоне бесконтрольного со стороны государства вывоза ресурсов за рубеж. Именно эти разочаровывающие в своей социальной сути результаты реформ подготовили смену социополитических настроений не только в России. Провал социополитической стратегии приватизации в России произошел на фоне интенсифицирующихся глобальных связей и противоречий между мировым Севером и Югом, Западом и Востоком. В этих условиях смысловое ядро «левой идеи» – политическая и экономическая свобода, расовое и этническое равноправие, социальная справедливость, равный доступ к природными экономическим источникам жизнесуществования – вновь оказалось в центре общественного дискурса, теперь уже на глобальном уровне. Для того, чтобы понять перспективы развития реформ в нашей стране, не обойтись без выяснения стратегии отношений между обществом и государством в таких странах, как Великобритания, Германия, Франция. Диалог, который завязывается высшим российским политическим руководством в лице В. Путина с Т. Блэром и Г. Шрёдером, предсказуемый временный спад в отношениях между Россией и США, все эти признаки сигнализируют, что относительно стабильная и интегрирующаяся Европа для российских политиков в очередной раз может стать если не образцом для подражания, то источником стратегических идей.
     К началу XXI в. социал-демократы вошли или возглавили правительства почти всех стран Европейского Союза. Левый поворот в Великобритании и Германии стал результатом социальной трансформации этих стран. Именно новые социополитические потребности общества сделали лейбориста Тони Блэра премьер-министром Великобритании, а социал-демократа Герхарда Шрёдера не являлась канцлером Германии. В середине 1999 г. они вдвоем опубликовали документ программного характера: «Европа: Третий путь - Новая середина». ⁶ В этой декларации, как и в «Коммунистическом манифесте» К. Маркса, предпринята попытка социополитического анализа грядущего глобального общества. Т. Блэр ищет новую эффективную стратегию в идеях идеолога Лейбористской партии Великобритании, известного социолога Энтони Гидденса, который в своей книге «Третий путь» возвращается к довоенной идее поиска самостоятельного социал-демократического пути между олигархическим капитализмом и тоталитарным социализмом. Новый взгляд на старую идею заключается в том, что английские социалисты обращаются в своем социальном поиске к новым средним слоям, которые возникают как следствие очередного психологического скачка усиления индивидуальной творческой составляющей жизнедеятельности современного общества.
     Термин «новая середина» ввел в социополитический анализ в начале 70-х гг. Вилли Брандт для обозначения традиционных средних слоев, тяготеющих к индивидуальным ориентациям. Учитывая новую социальную реальность и политические потребности общества, Г. Шрёдер и Т. Блэр в практической политике и теоретической платформе своих партий осуществили своего рода правую социал-либеральную поправку. Она выразилась в том, что наряду с заявленными вечными ценностями демократии – честность, социальная справедливость, свобода и равенство шансов, солидарность и ответственность за других людей – они выступили за динамичную экономику, высвобождение творческих сил и инновации. В этих усилиях политика должна дополнять и активизировать регулирующую функцию рынков, но не мешать их функционированию. Вслед за лидером французских социалистов и премьер-министром Франции Л. Жоспеном Т. Блэр и Г. Шрёдер провозглашают, что они поддерживают рыночную экономику, но не рыночное общество. По их мнению, опыт показывает, что в прошлом стремление к развитию социальной справедливости иногда ошибочно воспринималось как требование равенства в результатах, часто права оценивались выше, чем обязанности. Ответственность индивида в семье, по отношению к соседям и в обществе не может делегироваться государству. Социальная солидарность как системное свойство, образующее и консолидирующее общество, может возникнуть как результат целенаправленных усилий по распределению взаимных обязательств между членами общества. Новые коммуникационные технологии приводят к радикальным изменениям в характере труда (его интернационализации и индивидуализации), глобальном обобществлении производства. Решающее значение для прорыва в будущее приобретают инвестиции в человеческий капитал, подготовку кадров для наукоемкой экономики.
     Совместная декларация или «документ Блэра-Шрёдера», как он именуется в печати, определяет новую роль государства в условиях глобализации, которая заключается в том, что оно должно не работать веслами, не грести, а править, меньше контролировать, больше требовать. Вместе с тем оно должно бороться с нищетой, обеспечивая минимальные социальные нормы, соединить экономическую ответственность и рыночную модернизацию, сократить бюрократию, покончить с преступностью. Профсоюзы должны обеспечить защиту каждого индивидуума от произвола работодателя и содействовать долгосрочному благосостоянию.
     Определяя роль и функции государства в сфере экономики, Т. Блэр и Г. Шрёдер подчеркивают, что два десятилетия неолиберальной политики laissez-faire – свободного рынка – не должны смениться deficit spending – дефицитным финансированием и массированной государственной интервенцией в стиле 70-х гг. Политика спроса и политика предложения неразрывно связаны друг с другом и не являются альтернативами друг другу.
     Государство должно активно содействовать росту занятости. Политика левых на рынке труда должна формировать заинтересованность в труде и создавать позитивную трудовую мотивацию: работа должна быть выгодной для отдельного человека и его семьи; с помощью налогов и льгот государство должно поощрять создание «стартовых рабочих мест» с неполным рабочим днем; государство должно создавать и поддерживать программы для безработных, не имеющих работу длительное время, и других социально ущемленных лиц; реформирование системы социальных услуг должно побуждать лиц трудоспособного возраста возвращаться к устраивающей их работе; государство в целях создания новых рабочих мест поощряет дух предпринимательства.
     Политика на рынке труда должна сделать его социально и экономически привлекательным и выгодным для каждого гражданина.
     В качестве альтернативы стратегии  Блэра-Шрёдера Президиум Французской социалистической партии подготовил к XXI конгрессу Социалистического Интернационала (Париж, 8-9 ноября 1999 г.) декларацию «На пути к более справедливому миру», которая в прессе получила название «Документ Лионеля Жоспена» – по имени лидера Французской социалистической партии, премьер-министра Франции.
     Французские социалисты выступили за сохранение социал-демократической идентичности и приверженности основным традиционным ценностям социал-демократии и политики социального государства. Социополитическая стратегия французских социалистов направлена против капитализма, на создание общества благосостояния, в котором сокращаются всякие неравенства, на основе гуманизма утверждается социалистический идеал. Социалисты подчеркивают, что в современных условиях капитализм выступает иррациональной силой, которая марширует, но не знает, куда именно, увеличивая неравенства между нациями и внутри их, маргинализируя многие общества. Л. Жоспен обращается к современности – модерну как времени возможностей прогресса для всех и не оправдывает регресса. Модерн не означает добровольной сдачи общества на милость и произвол экономических сил, которые якобы соответствуют законам природы. В отличие от капитализма, который предполагает возникновение новых рисков, социализм в принципе есть идеал социального суверенитета, целью которого является развитие личности. Л. Жоспену принадлежит формула стратегического развития в условиях глобализации: «Да – рыночному хозяйству, нет – рыночному обществу». Человеческое общество – это общество, в котором не все товары являются благом, а прибыль – целью. Целью человеческого общества является сокращение неравенств. Для этого общество необходимо сделать более человечным посредством уменьшения влияния рынка, восстановления полной занятости, введения гарантий социальной защиты, создания социального союза большинства – «нового союза», социальной интеграции средних слоев с нижними и маргинализированными слоями.
     Глобальный мир требует глобального регулирования. Еще Вилли Брандт выдвинул требование глобального формирования политики. Кризисы, с которыми международное сообщество столкнулось после «холодной войны», должны быть урегулированы с помощью эффективно действующей системы коллективной безопасности на основе развития и повышения значения международного права. Необходимо повысить роль ООН и не допустить умаления ее роли или замены. Мир не должен развиваться по логике однополярности, необходимо соединить усилия, чтобы действовать сообща по правилам многополярности. Реформирование ООН должно проходить при строгом соблюдении Устава Объединенных Наций, соблюдении прав человека, на путях предоставления дополнительных средств и инструментов специальным организациям, занимающимся развитием среды обитания, вопросами здравоохранения, образования, культуры.
     Уроки глобальных финансовых кризисов в России, Азии, Латинской Америке, потрясших мир в 1997–1998 гг., требуют срочного реформирования международной финансовой системы. Предстоит выработать и утвердить в мировой финансовой практике целую систему мер и средств, обеспечивающих большую прозрачность финансовой системы, ввести правила безопасной деятельности для спекулятивных инвестиционных фондов и «офшор-центров», ликвидировать зоны «налогового рая», создать системы безопасной адаптации новых рыночных экономик к глобальному рынку, ввести налоги для международных крупных коммерческих операций, ограничить спекулятивное движение капиталов, принять меры против организованной преступности, торговли наркотиками, отмывания денег. На повестке дня – создание Экономического совета безопасности ООН.
     Глобальное регулирование должно быть распространено на социальные вопросы, культурное разнообразие, окружающую среду. Переговоры в рамках ВТО должны устранить чрезмерные неравенства и гарантировать культурные идентичности. Необходимо всячески содействовать установлению социальных прав во всех странах мира. Совместные политические действия должны быть направлены на сохранение окружающей среды и утверждение идей и принципов устойчивого развития. Проведение политики солидарности между Севером и Югом должно привести к сокращению долгов и уменьшению неравенств. Усилия по достижению согласованных действий на глобальном уровне должны быть дополнены согласованной региональной политикой.
     Достижение поставленных целей реально при развитии демократии, которая дает возможность гражданам распоряжаться своей судьбой, соединяя технические инновации с экономикой, политической и социальной сферой. Демократия выступает сегодня как самый эффективный путь к прогрессу через классовые компромиссы, партнерство, профессионализацию.
     Столь пристальное внимание к документам европейской социал-демократии диктуется, по крайней мере, двумя обстоятельствами. Во-первых, в отличие от России, десятилетняя либеральная стратегия которой привела к обнищанию общества, европейская социал-демократия довольно успешно проводит политику интеграции своих обществ в процессы глобализации.
     Во-вторых, новое российское политическое руководство в лице В.В. Путина в своей программной статье «Россия на рубеже тысячелетий» заявило о создании Центра стратегических разработок, который «призван объединить лучшие интеллектуальные силы нашей страны для подготовки Правительству рекомендаций, предложений, проектов теоретического и прикладного характера, направленных на разработку как самой стратегии, так и наиболее эффективных путей решения задач, которые будут возникать в ходе ее реализации».⁷
     Последовавшее в середине 2000 г. обнародование проекта этого центра под названием «Основные направления социально-экономической политики Правительства Российской Федерации на долгосрочную перспективу» показало, что политическое руководство страны собирается продолжать либеральную стратегию реформ. Критические выступления видных российских и зарубежных ученых доказали социальную бесперспективность такого развития для большинства населения страны.
     К сожалению, приходится констатировать, что в высших эшелонах власти сформировалась прослойка высокопоставленных чиновников, советников и экспертов, которые намертво связали свою политическую и научную карьеру с догмами устаревшей либеральной доктрины. Ситуация зеркально напоминает 60-90-е гг. прошлого столетия, когда руководство страны так и не смогло реформировать мобилизационные отношения в экономике и вписать ее в систему мировых хозяйственных связей, определив стратегическую перспективу и новые стимулы развития России.

¹  Работа выполнена при финансовой поддержке Российского фонда фундаментальных исследований (проект № 01-06-80099).

²  Эта программа будет посильнее шоковой терапии Гайдара // Круг жизни / Приложение к «Независимой газете». 01.09.2000.

³  Здесь и далее содержание функций органов государственного управления в сфере экономических отношений излагается по выступлению В.В. Путина при представлении ежегодного Послания Президента Российской Федерации Федеральному Собранию Российской Федерации 8 июля 2000 г. // Российская газета. 11.07.2000.

⁴  Там же.

⁵  Приватизация по-российски. Под ред. А.Б. Чубайса. – М., 1999. – С. 21.

⁶  Документы Блэра Т. и Шрёдера Г. «Европа: Третий путь – Новая середина», Жоспена Л. «На пути к более справедливому миру» излагаются по сборнику «Социал-демократия перед лицом глобальных проблем» / Пробл.-темат. сб. ИНИОН РАН, Отд. Западной Европы и Америки. – М., 2000.

⁷  Независимая газета. 30.12.1999.