Куда текут нефтяные реки

     Настоящее и будущее Казахстана, вне всяких сомнений, связано с нефтью. Поступления от нефтяного бизнеса, составляющие 40% всех бюджетных доходов, определяют во многом приоритеты не только экономической, но и социальной политики. Например, неудачно сложившаяся конъюнктура на мировом рынке углеводородов в 1997-1998 гг., когда цена нефти в конце 1998 г. упала до 9 долл. за баррель, вынудила казахстанское правительство свернуть инвестиционные программы и несколько раз в течение 1999 г. секвестировать бюджет (в основном его социальную составляющую).
     И, наоборот, экономический рост и некоторое повышение благосостояния казахстанского населения в 2000 г. в известной мере обусловлены высокими мировыми ценами на нефть. Положение не меняется от того, что основная часть нефтяного бизнеса в Казахстане принадлежит иностранным фирмам: они, как и отечественные инвесторы, платят налоги в бюджет и обеспечивают занятость десятков тысяч казахстанцев.
     Политика привлечения иностранного капитала на рынок нефти и нефтепродуктов, по сути, была вынужденной и диктовалась прагматическими обстоятельствами. Разведка и добыча недровых богатств - трудоемкие и дорогостоящие процессы и требуют не только опыта, но и очень больших первоначальных вложений капитала, которыми Казахстан и его отечественные инвесторы не располагали и не располагают. Разработка таких крупных месторождений, как Тенгиз, Карачаганак, Кашаган, проведение разведочных работ на шельфе Каспийского моря требует миллиардов долларов. Только для того, чтобы поднять на 4 млн т добычу нефти на Тенгизе, потребовалось вложить 4 млн долл. В 2000 г. при себестоимости добычи одного барреля нефти в 5-6 долл. предприятия по добыче нефти имеют рентабельность по 400%, а некоторые - и по 1000%.
     В начале 90-х гг. пришедшим иностранным инвесторам казахстанское правительство предоставило льготы согласно международным нормам и заключило, как оказалось, недостаточно выгодное для страны долгосрочные контракты. В настоящее время они не дают возможность применять цивилизованные методы тарифного регулирования и, следовательно, тяжким бременем лежат на нашей экономике.
     Другими словами, в период кризиса начала 90-х гг. не имеющее рыночного опыта правительство Казахстана (как и других стран СНГ) отдало по очень низким ценам ресурсы, ресурсопроизводящие предприятия и государственные гарантии. При этом беспрецедентные налоговые льготы были предоставлены и без того богатейшим инвесторам - мировым гигантам типа - British Gas, Chevron, British Petroleum и др.
     Попытки же казахстанского Правительства администрировать на нефтяном рынке пока успеха не имеют. Конечно же, административный нажим не является кардинальным решением проблемы, тем более что иностранные инвесторы могут обратиться в международные суды.
     Однако и они сами поступают не лучшим образом. Даже известные компании, заботящиеся о своем имидже в Америке или Европе, на казахстанском рынке (как и вообще на рынках развивающихся стран) хищнически используют месторождения, загрязняют окружающую среду, не вовремя выплачивают бонусы, через офшорный механизм уменьшают налогооблагаемую базу, тем самым утаивая от казахстанского бюджета налоги и др.
     Казахстанские нефтяные активы при продаже в середине 90-х гг. были сильно недооценены. В настоящее время сверхдоходы, например, «Шеврона», объявившего в середине 2000 г. о достижении «уровня мирового класса», снижении чисто производственных затрат до 2 долл. за баррель нефти (при уровне мировых цен 32-34 долл.), неправомерно рассматривать только как некую плату за риск компании, первой начавшей вкладывать деньги в Казахстан и получающей теперь экстремально высокие дивиденды за смелость [З].
     Попытки правительства получить с компании, как и с других крупных экспортеров, достойную налоговую компенсацию от роста мировых цен, т.е. предложение о распределении «дополнительной прибыли» наталкивается на «непонимание» того, «что, собственно, имеется в виду?» [3]. Хотя вопрос предельно ясен - нужно соглашение (добровольное согласие) о более или менее прямой зависимости налоговых выплат с уровнем и динамикой мировых цен на нефть. «Мы хотели бы увидеть с вашей стороны встречное движение», - резюмировал Президент Казахстана Н.А. Назарбаев, обращаясь к иностранным представителям.
     На совещании с ними Президент сделал, и политическое заявление, коренным образом решающее вопрос ревизии существующих контрактов в сторону улучшения их условий для Казахстана: «Если мы стремимся быть правовым государством, уважаем собственные законы, ни о каких пересмотрах заключенных контрактов речи быть не может. Это вопрос инвестиционного имиджа страны». Н.А. Назарбаев призвал обеспечивать баланс интересов за столом переговоров [2].
     Целесообразны и другие меры воздействия на иностранных инвесторов, в частности, - их переориентация на заказы промышленного оборудования в Казахстане. В этом отношении уже наработан мировой опыт. Например, когда началась разработка нефтяных месторождений Северного моря, правительством Великобритании были приняты законы прогрессивного налогообложения добывающих компаний в зависимости от сумм, затраченных на приобретение оборудования и материалов внутри страны.
     Это заставило добывающие компании инвестировать деньги в развитие машиностроения и производство материалов в Великобритании, более того, компании, являющиеся поставщиками добывающих компаний, также вынуждены были вкладывать деньги в развитие машиностроения на месте и создавать здесь дочерние предприятия. В результате промышленность Шотландии, ранее ориентированная на добычу угля, в основном переориентировалась на нужды нефтяников [4].
     При надлежащей организации и финансировании производства и обучении кадров, развитие нефтяного машиностроения может стать в Казахстане основой государственной промышленной политики. В этом вопросе ситуация постепенно меняется к лучшему. Только в 2000 г. инвесторы заказали казахстанским заводам технику на сумму 113 млн долл. В 2001 г. планируется поднять эту сумму до 300 млн долл. [1].
     Вместе с тем, несмотря на некоторый дисбаланс интересов, со всей определенностью нужно сказать, что в целом политика привлечения иностранного капитала на рынок нефти и нефтепродуктов оправдала себя, тем более что далеко не все иностранные компании ведут себя хищнически, как это в основном преподносится СМИ. На казахстанском рынке работает немало вполне респектабельных и известных в мире компаний. В качестве примера можно привести «Тегизшевройл».
     В октябре 2000 г. это ТОО при участии корпораций «Шеврон», «ЭксонМобил», «ЛукАрко» и ННК «Казахойл» завершило строительство новой технологической нитки производительностью 2,5 млн т нефти в год. Это позволит «Тегизшевройлу» произвести в 2001 г. 12 млн т нефти и в перспективе ежегодно наращивать уровень добычи. При поддержке партнеров по Тенгизскому проекту успешно реализуется программа расширения производственных мощностей. Ранее предполагалось, что ТШО увеличит уровень добычи до 32 млн т к 2017 г., однако новой стратегией предусматривается достижение этого уровня уже к 2010 г. Причем 17 млн т нефти в год планируется добывать в 2004-2005 гг.
     При активном участии ННК «Казахойл», представляющей интересы Казахстана в Тенгизском проекте, развивается программа «Игилик», которая предусматривает ежегодно финансирование социальных проектов в Атырауской области. В 1999 г. в рамках данной программы был реконструирован мост через Урал и осуществлен ремонт фасадов жилых зданий в Атырау. Кроме того, для снижения стоимости капитального строительства, по настоянию ННК «Казахойл» проведена кампания закупок оборудования и услуг у ряда отечественных предприятий.
     По данным пресс-службы «Казахойла», в настоящее время Тенгизский проект обеспечивает работой более 7 тыс. казахстанцев. С развитием производственных мощностей число занятых на Тенгизе возрастет до 9 тыс. человек [5]. Контракт с «Шевроном» только в 2000 г. принес государству налогов и роялти 480 млн долл., кроме того, 135 млн - за казахстанскую долю в ТШО [1].
     Оговоримся, что еще слишком рано ждать больших денег от продажи нефти. Например, по условиям контракта крупнейший инвестор - СП «Тегизшевройл» начнет платить подоходный (корпоративный) налог с юридических лиц только при достижении объема добычи в 12 млн т (при благоприятном развитии событий это произойдет толь-ко в 2001 г.). Активная приватизация нефтяных месторождений осуществлялась в 1996-1998 гг., когда была продана большая часть пакетов акций действующих объединений «Мангистаумунайгаз», «Актюбемунайгаз», «Каражанбасмунай», «Южнефтегаз». То есть поступления нефтедолларов в нашей стране в этот период были не от добычи нефти, а от эмиссии акций нефтяных объединений.
     Есть аргументы и в пользу того, что в будущем казахстанская нефть востребуется в большем объеме, чем сейчас.
     К 2001 г. прогнозируется снижение добычи нефти на Северном море. В этом случае казахстанская нефть может пойти на рынки Западной Европы. Экономика США сегодня более чем на 40% зависит от нефти, спрос на которую на 60% удовлетворяется импортом. По заявлению американцев, стабильное поступление каспийской нефти на мировой рынок способствовало бы реструктуризации экспортных потоков и ослаблению зависимости от арабских стран.
     Другой перспективный рынок нефти - Китай. По прогнозам специалистов к 2005 г. он может закупать до 90 млн т нефти в год, что подтверждается высокими темпами экономического роста и энергетическим балансом этой страны (75% электростанций в настоящее время работает на угле, что сказывается на экологии). Китай поставил стратегическую задачу - довести к 2010, г. объем электроэнергии, вырабатываемой с использованием нефти и газа до 50% [6].
     Геополитические изменения в мире, произошедшие в последние годы, породили принципиально новую ситуацию и в области освоения недр Каспийского региона.
     Бассейн Каспийского моря, по прогнозам специалистов, по запасам нефти и газа сопоставим с районом Персидского залива. Эти богатства имеют для прикаспийских стран стратегическое значение с точки зрения экономического и социального развития, для чего необходима соответствующая международно-правовая база их освоения [7].
     Казахстан, Россия и другие прибрежные государства жизненно заинтересованы в том, чтобы Каспийское море было не «яблоком раздора», а морем дружбы, добрососедства, без чего невозможно всерьез говорить о поступательном развитии национальных экономик и будущем процветании народов [7].
     Неоднократные встречи глав государств Казахстана и России, а также опыт последних лет в рассмотрении и решении крупных проблем межгосударственного масштаба однозначно свидетельствует, что нет альтернативы поиску путей компромисса и сотрудничества прикаспийских государств.
     В последнее время актуальным стал вопрос создания в Казахстане стабилизационного национального нефтяного фонда, куда намерены перечислить средства от продажи 5% доли государства в «Тенгизшевройле». Аналогичные фонды давно существуют в Норвегии и странах Персидского залива, например, в Кувейте. Помимо аккумуляции средств, фонд играет и другую важную роль - его доходы позволяют Кувейту снизить ущерб от эпизодического падения цен на нефть на мировом рынке, т.е. он выполняет стабилизационную функцию, что имеет важное значение и для Казахстана.
     В нашем понимании основной капитал казахстанского нефтяного фонда, формирующийся за счет ежегодных отчислений нефтедолларов и хранящийся в виде ценных бумаг за рубежом, должен принадлежать будущим поколениям (когда иссякнет нефть), а инвестиционный доход фонда (дивиденды) при неблагоприятной мировой конъюнктуре частично может инвестироваться в экономику и социальную сферу. Особо острую нужду в этом и испытывает село.
     Для Казахстана, не имеющего выхода в открытое море, центральной проблемой является транспортировка нефти. В настоящее время национальная компания по транспортировке нефти «КазТрансОйл» эксплуатирует свыше 6400 км магистральных нефтепроводов и 3140 км водоводов, проходящих по территориям восьми областей Казахстана. В ее состав входит 39 насосно-перекачивающих станций. Общий объем нефтехранилищ резервуарного парка составляет 1200 тыс. куб. метров. «КазТрансОйл» является монополистом на рынке услуг по трубопроводному транспорту нефти, осуществляя транспортировку около 80% добываемой в Казахстане нефти.
     «КазТрансОйл» разрабатывает и реализует проект построения единой схемы маршрутизации казахстанской нефти от месторождения до конечных пунктов назначения. Для этого компания предоставляет услуги нефтедобывающим предприятиям Казахстана по транспортировке нефти, как по системе магистральных нефтепроводов республики, так и до конечных пунктов в странах ближнего и дальнего зарубежья (порт Одесса, порты По-льши, Германии и др.). В целях этого «КазТрансОйл» заключил договоры с трубопроводными компаниями России, Украины и Беларуси.
     Несмотря на определенные успехи развития транспортной инфраструктуры, Казахстан испытывает острую нужду в увеличении ее мощностей, без чего не может быть наращен объем экспорта. В решении этого вопроса, как ни в каком другом, много противоборствующих тенденций геополитики и геоэкономики. Здесь столкнулись интересы трех супердержав и стран ОПЕК (в лице Ирана), ибо выбор маршрута нефтепровода означает и контроль над «большой», в том числе и казахстанской нефтью.
     Американская дипломатия усиленно отстаивает вектор «Актау - Баку - Джейхан» (в обход России) и пытается убедить руководство Казахстана, что трубопровод проляжет по территории политически стабильных государств и экономически выгоден [8], хотя эти аргументы вызывают определенный пессимизм. Азербайджан до сих пор не урегулировал свои споры с Арменией; Северная Осетия, Мигрелия, Сванетия и Абхазия вообще далеки от политической стабильности. Даже в относительно спокойной Турции нельзя исключить серии курдских террористических актов, в том числе и на проектируемом нефтепроводе.
     Также проблематичны высокие, как уверяют американцы, дивиденды стран-владельцев нефтепровода, оценочная стоимость которого, в интерпретации разных источников, колеблется от 2,5 до 5 млрд долл. (первое время этот проект не вызывал оптимизма и у американских бизнесменов). Вне всякого сомнения, что в данном случае мы имеем дело с главенством политических целей Белого дома над экономическими: ослабление геополитического влияния в акватории Каспия России и недопущение прокладки трубы через Иран, с режимом которого у США, как известно, уже давно существуют острые политические противоречия.
     И тем не менее США продолжают упорно склонять Казахстан к проекту, который, если быть точным, нужно называть «Актау - Баку - Тбилиси - Джейхан». Так, 5 декабря 2000 г. состоялся визит в Астану американской делегации во главе с послом по особым поручениям, координатором политики США в отношении новых независимых государств С. Сестановичем. При этом американская сторона высказала намерение поддержать построение в стране эффективной рыночной экономики и содействовать Казахстану во вступлении в ВТО. В заявлении также говорится о планах сотрудничества в нефтегазовой сфере и выражено намерение тесно сотрудничать, в частности, по проекту КТК и транскаспийского нефтепровода.
     13 декабря 2000 г. Президент Н.А. Назарбаев встретился со специальным советником Президента США и государственного секретаря США по энергетическим вопросам Каспийского региона Э. Джонс. На встрече преимущественно речь шла о трубопроводе Баку - Джейхан [9]. По словам Э. Джонс, через 18 месяцев начнется его строительство, которое завершится в 2004 г. Проект обладает эффективной коммерческой жизнеспособностью и представляет стратегический интерес для Соединенных Штатов, Азербайджана, Грузии и Турции. Представители компаний-владельцев этого проекта уже провели переговоры с Эксимбанком США по вопросу страхования политических рисков в проекте трубопровода. Трубопровод через Иран, как уверяет Э. Джонс, «не является значительно более дешевым, чем трубопровод через Азербайджан». Переговоры продолжились и в январе 2001 г. Чтобы нефтепровод Баку - Джейхан работал эффективно, объем прокачки по нему должен составлять 1 млн баррелей в день. Из этого объема 80% будет поставляться из добываемой в Азербайджане нефти, а на Казахстан должно прийтись 200 тыс. баррелей. Конечно, объем значительный, но не такой уж большой, чтобы оправдать то международное политическое внимание, прикованное к этому проекту в последние годы. Политизированность данного проекта и высокие издержки делали его до 2001 г. малопривлекательным для Казахстана (хотя договор о намерениях был подписан). Если в результате переговоров американцы смогут привести иные весомые материализованные аргументы, проект может быть запущен.
     В числе других перспективных проектов транспортировки нефти из Казахстана традиционно выделяется строительство экспортного нефтепровода через Иран, что связано с геополитической близостью двух стран. О заинтересованности Ирана в этом проекте и готовности инвестирования в него значительных средств заявил, в частности, зам. министра иностранных дел Харрази во время своей встречи 7 декабря 2000 г. с премьер-министром К. Токаевым [10].
     Отличительной особенностью нефтепровода Казахстан - Туркменистан - Иран обещает быть самый низкий тариф на транспортировку. Это направление активно поддерживается и французской компанией «Тоталь», имеющей 1/7 часть в ОКИОКе.
     Есть и другие варианты. Например, туркменская дипломатия развернула энергичный промоунш афганскому маршруту, которому, однако, противодействует Россия и Америка, в том числе и путем обоснованной оценки движения «Талибан» как экстремистского.
     Китаю, как уже отмечалось, не хватает собственных энергетических ресурсов, и он вынужден значительную часть необходимой нефти экспортировать из других стран. В этой связи политически выгодным для нашей страны (КНР - принципиально новый рынок) является строительство нефтепровода из Западного Казахстана, протяженностью 3000 км. Этот вопрос несколько лет находится в стадии обсуждения.
     Будущность масштабных проектов в сфере транспортировки каспийских углеводородов весьма трудно прогнозировать. Выбор приоритетных маршрутов экспорта нефти определяется экономической эффективностью, обоснованностью тарифов и, безусловно, политическим фактором. В принципе, если исходить из узкоэкономических интересов, никакие политические дивиденды не должны мешать коммерческой выгоде. И тем не менее политический фактор нельзя сбрасывать со счетов - он в отдельных случаях является самодовлеющим.
     В середине 2001 г. начнет функционировать КТК, который резко увеличит экспортные возможности Казахстана, тем более что строительство и ввод в действие Балтийской трубопроводной системы (БТС) даст возмо-жность России увеличить нашей стране квоту на прокачку нефти.
     Отвечая на вопросы агентства «Хабар» и телезрителей страны, 13 декабря Президент Н.А. Назарбаев, в частности, отметил, что «по-стсоветским государствам в XXI в. без интеграции жить нельзя. В этом аспекте большие возможности открывает создание новой международной организации - Евразийского экономического сообщества. Мы являемся, - подчеркнул Президент, - стратегическим партнером России, соседом, и как жили в дружбе и мире наши предки, так и наши дети будут жить в таком согласии. По крайней мере, я буду на это работать» [1]. В изложенном и заключается понимание приоритетов во внешней экспортной политике Казахстана.

 1. Назарбаев Н.А. Наш выбор - единство и интеграция // Казахстанская правда. 15.12.2000.
 2. Назарбаев Н.А. Контракты с иностранными инвесторами пересматриваться не будут (выступление на четвертом заседании иностранных инвесторов // Панорама. 15.12.2000.
 3. Информ - КП. Суд разберется в чем «ШНОС» виноват // Казахстанская правда. 06.10.2000.
 4. Байкенов К. Правительство не ужесточает отношение к иностранным инвесторам, просто оно начало контролировать выполнение контрактных условий и формирование цены продаваемой нефти // Панорама. 03.11.2000.
 5. Информ - КП. Тенгиз: сырье плюс занятость населения // Казахстанская правда. 06.10.2000.
 6. Кожантаева У. Ценовая экспрессия // Деловая неделя. 06.10.2000.
 7. Мансуров Т.А. Казахстан и Россия: суверенизация, интеграция, опыт стратегического партнерства // Русский Раритет - 1997.
 8. Адамбаев А. Подсказка новых направлений для американских дипломатов // Деловая неделя. 06.10.2000.
 9. Куда течь рекам нефтяным // Казахстанская правда. 14.12.2000.
 10. Дрозд Н. Иран подчеркивает свою заинтересованность в направлении казахстанской нефти на юг // Панорама. 08.12.2000.

     Статья на сайте ИСПИ РАН публикуется в авторской редакции. Корректура автора.