|
|
|
|
|
ГЕНРИ КИССИНДЖЕР:
МОСКВА И ВАШИНГТОН ДОЛЖНЫ СОТРУДНИЧАТЬ
- Доктор Киссинджер, Вы являетесь одним из инициаторов разрядки 1970-х годов. Не могли бы Вы сравнить этот период с нынешними отношениями между Россией и Соединенными Штатами? - В период разрядки Советский Союз и Соединенные Штаты были стратегическими противниками во многих регионах мира. Мы попытались тогда снизить напряженность и создать со временем основу для сотрудничества в различных районах Земного шара. В настоящее время мы не стратегические противники. Мы исходим ныне из возможности взаимодействия и можем вместе работать на глобальной основе в пользу создания партнерства, которое трудно было представить в предыдущий период.
- Тем не менее, есть эксперты, утверждающие, что мы находимся на грани холодной войны. Правда, другие считают это чрезмерно пугающей оценкой. Какого мнения на сей счет придерживаетесь Вы? - Считаю, что еще одна холодная война была бы трагедией для наших народов. И я не думаю, что такое произойдет. Разногласия между странами неизбежны в силу того, что разнятся их интересы. Но эти разногласия могут быть улажены, и они невелики, если их сравнивать со сферой сотрудничества. Примером этому в настоящее время может служить иранская проблема.
- В Вашингтоне, главным образом в Конгрессе, как часто отмечают, сформировался критический консенсус в отношении России между либеральными демократами и консервативными республиканцами. В то же время линия американской Администрации явно отличается от такого подхода, так ли это? - Действительно, 'по обе стороны прохода' (разделяющего места демократов и республиканцев в Конгрессе. - 'НГ'), есть люди, критически высказывающиеся о России преимущественно в связи с вопросами внутреннего развития. Вместе с тем, как я вижу, Президент Соединенных Штатов, формируя свое мнение по различным вопросам, исходит из понимания огромной важности дружеских отношений и сотрудничества между нашими странами. Хотя, несомненно, определенные разногласия существуют.
- Каков выход из этой ситуации? Каков путь преодоления возникших разногласий? - Полагаю, обе стороны могут преодолеть разногласия, если серьезно отнесутся к точке зрения друг друга. При этом они должны помнить о важности сотрудничества и проявлять решимость в стремлении к позитивным результатам. И я верю, что такая решимость существует.
- В данной связи нельзя не отметить, что за последние годы Вы не первый раз в Москве. Какую роль Вы играете в российско-американских контактах - посредника, который передает послание одного лидера другому, или человека, дающего им советы? - Ваш Президент Владимир Путин оказал мне честь, пригласив в ряде случаев в Москву. Я хотел бы подчеркнуть, что я его уважаю. До того, как с ним встретиться, я позаботился о том, чтобы лучше понять позицию наших руководителей. Я нашел эти беседы крайне полезными. Я не официальное лицо, но я всемерно стараюсь способствовать улучшению отношений и для чего временами пытаюсь объяснить каждой из сторон точку зрения ее визави.
- Есть ли на сегодняшний момент среди международных проблем такая, которая способна сыграть немалую роль в деле налаживания сотрудничества между Вашингтоном и Москвой? - Важная проблема - Иран. Присоединение России к Всемирной торговой организации - еще одна проблема. По обеим возможно достижение прогресса. По иранской проблеме мы только что совместно добились продвижения. В целом, по моему мнению, США и Россия должны консультироваться по многим международным проблемам. Ведь то, что касается мира во всем мире, затрагивает обе страны.
- В то время, когда Вы находились у руля американской внешней политики, вопросы контроля над вооружениями были в центре отношений между двумя нашими странами. Сейчас эта тема, как недавно заявил Президент РФ Владимир Путин, забыта. Не пришло ли время снова заняться данной проблематикой? - Я так не думаю. Тогда, в советские времена, США и СССР обладали огромными арсеналами оружия, способного уничтожить все человечество. Поэтому было очень важно, чтобы они поняли образ мыслей друг друга и создали механизм на случай чрезвычайных обстоятельств. Ныне Россия не рассматривается как противник Соединенных Штатов. И нет российского оружия, направленного против нас. Однако очень серьезной стала проблема нераспространения оружия массового уничтожения. Кроме того, наши страны обладают самыми огромными в мире потенциалами в сфере ядерной энергетики. И я считаю, что взаимодействие в данной области крайне необходимо. Россия сделала конкретное предложение Ирану по вопросу создания предприятия по обогащению урана. Полагаю, что эту идею следует распространить на весь мир и предложить другим странам создать международные обогатительные центры. Что и будет современной формой контроля над вооружениями.
- Каковы Ваши ожидания в связи с запланированным на июль саммитом 'большой восьмерки' в Санкт-Петербурге? - Для меня в контексте американо-российских отношений очень важны встречи наших лидеров, ибо они дают возможность для весьма плодотворных дискуссий. И я уверен, что предстоящие обсуждения будут столь же продуктивными. Одна сторона выскажет свои обеспокоенности другой. И они примут эти сообщения во внимание. Кроме того, представится удобный случай обсудить с остальными лидерами вопросы гражданской ядерной энергетики во всем мире.
- В последнее время в связи с событиями в Европе, а точнее - на Балканах, высказывается мнение, что на глазах рушится Вестфальская система, предусматривающая нерушимость существующих государственных границ. Согласны ли Вы с такой оценкой? - На мой взгляд, распад государств, возникших в XIX веке, то есть уже в период существования этой системы, ее никак не подрывает. Угрозу скорее создают попытки негосударственных структур, то есть частных групп, делать то, что раньше было исключительно прерогативой государства. К подобного рода действиям относится деятельность разного рода террористических групп.
- Вы известны как политик, который вел переговоры с противниками, соперниками и друзьями, и они были, как правило, продуктивными. В чем Ваш секрет ведения переговоров? - В первую очередь я хотел понять точку зрения собеседника. Я пытался поставить себя в его положение. Важнейшим условием продуктивных переговоров является требование, чтобы они удовлетворяли обе стороны. По крайней мере, чтобы те понимали, что достигли максимума возможного. Если же они не удовлетворены, то и не будут выполнять соглашение. По моему убеждению, всегда ошибочно пытаться перехитрить противную сторону. Я всегда объяснял представителям другой стороны, почему я выдвинул то или иное предложение. Это давало им пищу для анализа. И почти всегда обосновывал, чего я добиваюсь. Потому что противоположная сторона в любом случае будет размышлять над этим. Таковы основные принципы.
- В связи с быстрым ростом экономической и военной мощи Китая бытует мнение, что в будущем он станет главным соперником Соединенных Штатов. А как Вы смотрите на подобную перспективу? - В экономической области в какой-то мере Китай может стать соперником США. Однако надо учитывать, что в целом экономический рост не представляет одинаковую величину на разных этапах развития. У китайцев много проблем, с которыми им надо еще справиться. Что касается перспективы политического соперничества, то, я думаю, нашим правительствам надо выйти за рамки традиционной схемы и избежать такого развития событий. Этого требуют интересы как американского, так и китайского народов.
Справка:
Генри Киссинджер - помощник Президента США по национальной безопасности в 1969-1975 гг. и Госсекретарь в 1973-1977 гг. Родился в 1923 г. в Германии, в 1943 г. принял американское гражданство. В 1943-1946 гг. служил в контрразведке сухопутных сил США. Окончил Гарвардский университет. Затем был на преподавательской работе. Автор многих книг по вопросам внешней политики. Киссинджер по-прежнему заметен в сфере внешнеполитических контактов. У него своя консультативная фирма - 'Kissinger Associates'.
(Публикуется в редакции Пресс-службы ИСПИ РАН
|
