Декларированное завершение основного этапа административной реформы еще никак не отразилось на работе пореформенного Правительства. Пока не вышли положения по каждому из министерств, бюрократия продолжает жить по старым правилам. Чем на практике реформа обернется для страны, а также о том, к чему приводит чиновничий произвол, «Новым Известиям» рассказал член-корреспондент РАН, ректор Российского государственного социального университета, заслуженный деятель науки РФ Василий Жуков

- Василий Иванович, каково Ваше отношение к проводимой сейчас административной реформе и реформе госслужбы?

- Плохо относиться к чиновникам и ругать бюрократию - одна из «культурных» традиций нашей страны. К сожалению, и сами управленцы немало в этом виноваты. Но, если быть справедливыми, дело не только в них. Главное заключается в том, на какой психологической, информационно-аналитической и нравственной основе проходит процесс формирования руководящей элиты, насколько работа в данном направлении последовательна, дальновидна, а значит, и эффективна.

В принципиальном плане реформа рассчитана на ограничение влияния бюрократов, на оптимизацию системы управления. Но любые преобразования должны сопровождаться масштабной работой по подготовке всего персонала к осознанию своего места в этом процессе. Реформы, которые обрушились и на общество, и на бюрократию как снег на голову создают сложности и для восприятия самой реформы, и для определения роли чиновника в ее осуществлении.

Население нуждается в грамотных руководителях с такими базовыми качествами, как профессионализм, ответственность, порядочность. Не менее важным является и понимание того, насколько адекватен к обновлению системы сам персонал управления, то есть какая часть бюрократического корпуса готова к проведению реформ, а какая будет саботировать их осуществление. Отсюда следует, что рассчитывать на позитивные результаты в ближайшее время не придется.

Предусмотренные реформой три уровня были бы безупречными, если бы сосредоточенная в каждом эшелоне власти бюрократия была готова разделить полномочия и руководствоваться только теми должностными обязанностями, которые адекватны соответствующему рангу управления. Если абсолютизировать полномочия министерств, служб и агентств, а также предположить, что во главе каждого уровня находятся привычные для нашей страны властные фигуры, то надеяться на исчезновение бюрократических барьеров не следует. Межведомственных противоречий становится меньше, но возникают серьезные преграды уже внутри ведомств. Механизма их преодоления нет, в связи с этим согласование любого документа внутри ведомства может превратиться в мучительный процесс.

- Вам не кажется, что чиновники по определению не способны реформировать себя сами?

- Для любой реформы нужны хорошо подготовленные кадры. Однако никакой кадровой политики, необходимой для того, чтобы появилась база для осуществления нынешней реформы, не проводилось. А те люди, которые в массе своей сохранили должности, вряд ли способны реформу воспринять, поскольку они были отстранены от ее концептуальной разработки. И вряд ли они смогут овладеть новой методологией, новой культурой управления. И поскольку административный ресурс имеет финансовое измерение, позитивным для нашей страны он не будет.

Кроме того, эта реформа, как и любая другая попытка, сократить управленческий персонал приводят в большинстве случаев к его увеличению. Мы сейчас взяли на содержание весь прежний аппарат, а компенсации людям, утрачивающим свое прежнее должностное положение, приводят к колоссальным финансовым затратам. Но главное, что численность того аппарата управления, который приходит на смену предыдущему, никак не меньше того, который у нас был. Мы получаем более сильный бюрократический аппарат, причем с запутанными функциями. Даже сама процедура согласования каких-то решений любого поставит в очень сложное положение. Необходимо найти понимание одновременно в агентстве, затем в службе, потом в министерстве. Уповать на то, что министерство станет идеологическим центром, службы займутся только контролем и надзором, а агентства - текущими повседневными делами, излишне. Во главе каждого из этих звеньев стоят самостоятельные люди, которые хотели бы обладать всей полнотой власти.