В разделе публикуются некоторые работы доктора философских наук, профессора, действительного члена Международной Академии информатизации Б.М. Пугачева, написанные им в 1993-1994 гг., но актуальные и в наши дни.
     Статьи располагаются в хронологическом порядке, что позволяет отразить и постоянно расширявшуюся тематику анализируемых автором проблем, и перманентное углубление в фундаментальную универсалистскую суть казалось бы сугубо российских событий, и возрастающую тревогу истинного патриота за судьбу своей Отчизны.

     C другими работами Б.М. Пугачева /1991-1994 гг./ можно ознакомиться на сайте pugachevbm.narod.ru

     ПУГАЧЕВ Борис Михайлович (29.08.1940, Москва - 06.01.1995, Москва) – юрист, философ, политолог, публицист.
     После окончания московской средней школы в 1958 г. поступил в Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова на юридический факультет.
     Завершив образование, пошел работать в органы прокуратуры. С 1962 г. по 1966 г. работал в Прокуратуре Тимирязевского района г. Москвы в должностях следователя и помощника прокурора, а с 1966 г. по 1967 г. – в Прокуратуре РСФСР прокурором Отдела.
     Но душа его рвалась к знаниям. И Пугачев свой выбор сделал – поступил в аспирантуру Института экономики мировой социалистической системы АН СССР. В 1973 г. успешно защитил диссертацию на тему: «Интернационализация производства и социалистическая интеграция», получив ученую степень кандидата философских наук.
     До 1981 г. работал в ИЭМСС АН СССР. За это время стал автором ряда монографий и многочисленных публикаций по проблемам развития социализма в большинстве зарубежных стран. Приступил к работе над докторской диссертацией по теме: «Проблемы теории и практики сближения стран социалистического содружества».
     В 1983 г. по результатам защиты диссертации Пугачеву присуждена ученая степень доктора философских наук, а в 1987 г. присвоено звание профессора по Кафедре международного коммунистического движения АОН при ЦК КПСС. В 1993 г. избран действительным членом Международной Академии информатизации.
     С работой в Академии общественных наук при ЦК КПСС в жизни Пугачева связан новый этап деятельности. Здесь он не только преподавал, но и возглавлял научный центр по изучению опыта социалистического строительства.
     Глубокое знание «реального социализма» позволило ему в 1990-1991 гг. опубликовать ряд статей об истинной исторической роли КПСС. Острая критика Генерального секретаря ЦК КПСС М.С. Горбачева стоила Пугачеву работы в Академии, и он вновь вернулся в Институт экономики мировой социалистической системы.
     Работая в ИЭМСС АН СССР - ИМЭПИ РАН, опубликовал более 70 статей в «Известиях», «Комсомольской правде», «Российской газете», «Независимой газете», «Новом времени», других изданиях.
     После августовского (1991 г.) путча стал экспертом Парламентской комиссии по расследованию его причин и выступал экспертом в Конституционном Суде по делу КПСС, одновременно в качестве эксперта Конституционной комиссии Верховного Совета Российской Федерации участвовал в разработке проекта новой российской Конституции.
     В последние годы жизни работал заведующим кафедрой Центра стратегических проблем Российской академии управления. Вел активную научную разработку проблем внутренней и внешней политики России. Был одним из немногих, кто открыто поддержал формирование новой российской идеологии.
     После кончины Бориса Михайловича «Независимая газета» в память о ярком политологе и публицисте напечатала удивительно точный и емкий по своей краткости некролог, где, в частности, говорилось: «Обо всем, что произошло в последнее время с нашей страной и ее высшей властью, он предупреждал общество задолго до случившегося. Он хорошо знал тех, кто управляет сегодня государством, видел, куда они идут, пытался удержать от роковых ошибок. Он говорил этим людям правду в глаза и сумел расстаться с ними, когда эту правду не захотели слушать».
     Бориса Михайловича Пугачева больше нет, но живущим нужна правда, сжегшая его сердце, как бы тяжела и горька она ни была. Потому что это – подлинная правда о нас самих и о безмерно трудных, но честных поисках нового пути для нашего Отечества.

     Анатолий БУТЕНКО, доктор философских наук, профессор:
     
     Бориса Михайловича Пугачева я знал с первых шагов его научной карьеры и почти до последних дней жизни. Этот серьезный, вдумчивый аспирант именно в нашем Отделе политических и идеологических проблем ИЭМСС АН СССР не только защитил кандидатскую диссертацию, но и быстро вырос в крупного, оригинально мыслящего, плодовитого ученого – доктора философских наук, профессора, академика, к авторитетному мнению которого по острым проблемам внутренней и международной политики не раз обращались отечественные и зарубежные средства массовой информации.
     Я хорошо помню, как в первой половине 1969 г. (последнего года пребывания Института на Ярославке) в нашем Отделе появился молодой, энергичный и симпатичный парень с внимательным, но несколько настороженным взглядом. Представившись, он сказал, что хотел бы стать аспирантом по профилю работы возглавляемого мною Отдела. Во время нашей беседы мне сразу понравился его быстросхватывающий и цепкий ум, уважительное (и не только к собеседнику, но и к себе самому) отношение, нескрываемый, но сдерживаемый юмор.
     Думаю, что именно прекрасные человеческие качества Пугачева, его подвижный, ищущий ум и неиссякаемое трудолюбие предопределили то, что я стал его научным руководителем по кандидатской диссертации, курировал его докторское исследование, а также сделал своим заместителем в Отделе. Поэтому для меня Борис Михайлович Пугачев был не просто одним из более чем тридцати разных, но для заведующего по-своему дорогих сотрудников Отдела, а очень близким коллегой, младшим товарищем и всегда выручавшим помощником, а главное – первым критиком и постоянным советчиком, моей главной опорой в руководстве не очень большим, но весьма своеобразным и противоречивым коллективом.
     Все наши сотрудники знали о моем добром отношении к Борису Михайловичу, но сам он этим никогда не злоупотреблял. Более того, и здесь я не преувеличу, если скажу, что многие годы (70-ые и 80-ые) именно Пугачев был душой коллектива, товарищем и другом каждого, тамадой наших нередких в то время застолий. И здесь меня особенно поражали два «золотых» качества этого человека.
     Во-первых, сам Борис Михайлович почти не употреблял крепких спиртных напитков, но, дирижируя застольем, прекрасно чувствовал общее состояние коллектива и всегда «руководил им» вровень со степенью его возбужденности и веселья. Такого умения я потом не встречал уже ни у кого. Во-вторых, Пугачев всегда был внимателен к физическому и психологическому состоянию каждого человека, чтобы при необходимости оказать ему помощь, сделать все, чтобы потом никому не было неловко. Не скрою, для меня Борис Михайлович стал не только прекрасным помощником, но и настоящей находкой, чью товарищескую поддержку я никогда не забуду.
     В заключение хочу отметить еще одно ценное качество нашего дорогого и так рано и неожиданно ушедшего от нас Бориса Михайловича Пугачева: будучи по своей природе внимательным, интеллигентным и добрым человеком, он не выносил грубости и хамства. Я не забыл того, как в ответ на незаслуженную бестактность и грубость в его адрес какого-то институтского начальника Борис Михайлович, сверкнув глазами, резко процедил сквозь зубы: «Не хамите!», чем привел в замешательство зарвавшегося чинушу. Но доброе сердце Бориса Михайловича, человека чувствительного и ранимого, видимо, не смогло успешно справиться с тем, что ему уготовило наше сумасшедшее и зачастую недоброе время.

     Татьяна ВИНОГРАДСКАЯ, доктор технических наук:
     
     Вспоминаю осень 1986 г. Борис Михайлович Пугачев очень любил кого-нибудь опекать и содействовать в творчестве. В сферу его опеки попала и я. В тот год у меня был поэтический взрыв. И первыми слушателями каждого нового стихотворения становились мой муж и Борис Михайлович, кстати, их горячо одобрявший.
     Тогда я написала более сотни стихов. И как знать, если бы не Борис Михайлович с его тонкой и деликатной душой и искренней поддержкой, они, возможно, и не были бы созданы. Он способствовал раскрепощению моей души. Общение с ним приносило легкую, беззаботную энергию, располагало к творчеству.
     И вот осенью 1986 г. я написала стихотворение, посвященное Борису Михайловичу:

     Я прочитала его адресату. Он засмеялся и сказал, что это похоже на плакат: «Ты здесь хозяин, а не гость, клади в карман последний гвоздь...». Я даже немного опешила, потому что удивилась его реакции, ведь он всегда был столь бережен к моим стихам.
     Дорогой наш Борис Михайлович теперь уже обвенчался с первой звездой. Он ушел от нас в ночь перед Рождеством – с шестого на седьмое января. Говорят, что в большие праздники умирают только очень духовные люди.
     Надеюсь, что его метущаяся душа нашла свое упокоение, но чувство одиночества и пустоты не уходит из моего сердца и по сей день. На его могилу пойти не могу – все еще надеюсь, что вдруг просто долго не видела Бориса Михайловича.
     Помню, в моей жизни уже был период, когда мы надолго расставались. Мы не во всем сходились в оценке происходивших до 1991 г. событий. Он не одобрял моих научных прогнозов о том, что с распадом КПСС развалится и Советский Союз, что монетаристские реформы приведут к стагфляции и экономическому коллапсу, что произойдет сползание к гражданской, а возможно, и мировой войне. Он правда ничего не говорил, но общение с ним стало каким-то уклончивым.
     И с осени 1990 г. до весны 1992 г. мы не общались. Мне было тогда тяжело, но я знала, что он жив и много работает, выполняя свое предназначение. А жил он так интенсивно и истово, что всегда создавалось ощущение, что он не просто живет, а выполняет какую-то свою особую миссию. Верю, эту миссию он выполнил, и что эта миссия – миссия света, а не тьмы. Хотя хорошо понимаю, что света без тьмы не бывает, а тьма только потому и тьма, что бывает свет.

     Владимир ВОРОНЕЦКИЙ, кандидат биологических наук:
     
     Каждый, кому в этой жизни улыбнулась судьба, подарив общение или дружбу с Борисом Михайловичем Пугачевым, сегодня в полной мере ощущает безвременность и иррациональность утраты этого человека.
     В его жизни присутствовало все, что, по современным представлениям, необходимо для успеха. Юрист и философ, доктор наук и академик, тонкий психолог и прогнозист, яркий публицист и политолог – для многих из современников это могло бы послужить фундаментом благополучного и сытого процветания.
     Однако настоящий талант в России тем и отличен от своего окружения, что тоньше и неразрывней чувствует свою принадлежность к родной стране и народу, которые его сформировали. Глубокое беспокойство за их судьбы и поиски путей выхода из кризиса были главными движущими мотивами напряженного и самосжигающего труда Бориса Михайловича.
     При этом любовь к Родине для аналитика Пугачева не была чем-то абстрактным или книжным – с ранней молодости и до последних месяцев своей жизни он прошел, проплыл и проехал от ледовых морей Чукотки, от Дальнего Востока и Сибири до Кавказа, Карелии и Беломорья. Даже после двух тяжелейших инфарктов, перенесенных в пути, он оставался легким на подъем и готовым к новым впечатлениям.
     Профессионал высокого класса, он не любил при общении с людьми демонстрировать свою компетентность в серьезных вопросах, но везде, где бы он ни появлялся, в обществе устанавливалась атмосфера естественности и легкого юмора.
     Трудно представить, что этот остроумный, доступный и на редкость доброжелательный человек мог быть до самоотречения смел и решителен в ситуациях, требующих принципиальности и нравственного выбора. В свое время, в разгар «гласности», он выступил в печати с заявлением о нереформируемости КПСС, возглавляемой закостенелой властной верхушкой, за что по личному распоряжению последнего Генсека был изгнан из Академии общественных наук при ЦК КПСС.
     Позднее Пугачев сам порвал и с представителями «демократического истеблишмента», открыто высказав им все, что думал об их алчности, некомпетентности в государственных делах и о последствиях проводимой ими политики для судьбы страны.
     Таким образом, став «свободным аналитиком» (а чувство внутренней свободы было свойственно ему всегда), Борис Михайлович приобрел еще большую популярность и известность как яркий и неординарный публицист – его тревожный голос все чаще звучал на газетных полосах, на радио и на телевидении. И по-прежнему неуслышанным он оставался лишь со стороны властей. Но в отношении представителей этой породы он, кажется, давно уже ответил на известный вопрос В. Набокова, и для него «понятие власти» явно не стало «равно ключевому понятию Родины».
     Публикации Пугачева последнего времени, предупреждавшие о явных и скрытых опасностях исторического перепутья, точно препарировавшие анатомию и физиологию власти, не только не перестали быть актуальными, но вновь стали и откровенно злободневными в преддверии парламентских и президентских выборов, когда особенно важно оглянуться на пройденный путь, чтобы увидеть, куда он может привести.
     Думающему гражданину России, озабоченному судьбой своей Родины, тем более могут быть важны слова и мысли человека, сумевшего за два года до начала югославских событий разгадать в пестрой мозаике противоречий трагедию раскола, а также предсказавшего многие драматичные и негативные стороны нашей сегодняшней российской действительности.

     Юрий ИВАНОВ, преподаватель:
     
     Мой друг Борис Михайлович Пугачев был авторитетным российским политологом, честнейшим и обаятельным человеком, одним из тех праведников на нашей земле, без которых она пустеет.
     Еще смолоду выбрав жизненный путь искателя Правды, он прошел его, преодолевая нелегкие препятствия, искушения, компромиссы. И на политическом Олимпе, там, где вершатся судьбы России, остался достойным ее гражданином и мыслителем.
     Его прогнозы, сделанные на первых порах «постперестройки», не перестают удивлять и сейчас своей глубиной и точностью самых компетентных специалистов. Задолго до того, как началась война в Чечне, он сказал мне, что будет эта беда. А еще раньше сделал безошибочный прогноз о надвигающейся трагедии на Балканы. Но мало кто тогда к нему прислушался.
     Он ушел от нас в полном расцвете своего дарования, так и неуслышанный теми, кто стоял у власти, кто боялся Правды, кому она была не нужна.
     Он любил Россию до боли сердечной. Как странник, обошел ее самые забытые и самые заветные уголки. И свою «карьеру» профессора, академика, советника Государственной Думы мог бы добровольно оставить – лишь бы навсегда остались с ним свобода, возможность быть гражданином своей страны, ранняя зорька, костер у тихой реки да негромкий ночной разговор с близким другом.

     Владимир ЛЫСЕНКО, доктор политических наук, профессор, депутат Государственной Думы первого-третьего созывов:
     
     Борис Михайлович Пугачев был человеком, исключительно точно слышавшим пульс времени и всей душой болевшим за Россию.
     Он был и глубоким ученым, и прекрасным аналитиком, и верным советчиком, и другом многих политиков.
     Его прогнозы были удивительно точными, а оценки правдивыми и нелицеприятными. И в то же время он был одним из самых больших оптимистов нашего времени.

     Михаил МУНТЯН, доктор исторических наук, профессор:
     
     Борис Михайлович Пугачев принадлежал к той подвижнической категории людей, пассионарностью которых приводятся в движение механизмы человеческой истории. Он был счастлив убежденностью, что, сжигая собственное сердце, помогает окружающим делать жизнь хоть на йоту, но справедливей и достойней.
     Как и большинству настоящих подвижников, Борису Михайловичу не удалось в прямом смысле стать «господином жизни». Но всей своей жизнью он доказал, что миром правят идеи свободы, человеческой солидарности, ответственности за «настоящее прошлого» и «настоящее будущего» своего народа.
     Интеллектуальное служение высшим социальным ценностям и Отчизне создавало вокруг него энергетическое поле такого напряжения, что все соприкасавшиеся с ним получали мощный заряд общественного активизма и гражданской отваги.
     Борис Михайлович первым из нашего последнего предвоенного поколения ушел в мир иной. Тем значительней наша ответственность за судьбы России, пламенным радетелем которой он являлся.